Не первый год москвичи, вдыхая пыль укладываемой и перекладываемой плитки, перепрыгивая через очередной окоп, за ночь возникший на привычном маршруте, с грустной усмешкой пересказывают друг другу анекдот про клад, зарытый где-то в Москве бывшим мэром, легендарным носителем не менее легендарной кепки Юрием Лужковым. Анекдот про клад, который уже седьмой год разыскивает Сергей Собянин (с попутно возникающими неудобствами для жителей столицы), как и положено живому фольклору, развивается и дополняется с каждой новой раздражающей москвичей инициативой. Так, совсем недавно у него появилось новое окончание-подсказка: «…а под пятиэтажками искал?»
Программа сноса и реновации жилья была начата Правительством Москвы еще в 1999-м году - при Лужкове было переселено более 160 тыс. семей, однако тогда акций протеста не наблюдалось. В чем же была разница в программах бывшего и нынешнего мэров? Стоило ли мэру Собянину отменять программу Лужкова и изобретать велосипед? На наш взгляд, следует обратить внимание на следующие моменты.
Начнем с того, что программа Лужкова демонстрировала взаимный интерес московских властей в решении жилищных проблем москвичей, самих москвичей и строителей. В попытках заинтересовать строителей в качественном исполнении проектов путем избавления от бюрократических препонов и «социальной нагрузки» город брал на себя решение вопросов отвода земли, инженерных коммуникаций, социальных объектов и прочее. Это компенсировало отсутствие у строителей сверхприбылей, но позволяло девелоперам реализовывать строительные проекты хоть и не с огромной, но с прибылью.
Программа же реновации, авторство которой приписывают Владимиру Ресину, при ближайшем рассмотрении производит впечатление созданной строителями и для строителей: она выпукло демонстрирует, что ее цель не столько в решении проблем горожан, сколько в лоббирование интересов компаний, которые будут осуществлять строительство в «золотой» Москве. И если важной целью программы реновации была попытка заработать очки накануне выборов, то итог ее объявления привел к противоположным результатам – протестным демонстрациям.
С точки зрения взаимоотношений с населением программа Лужкова однозначно выигрывала тем, что предусматривала выбор вариантов и возможность диалога населения с властью в том, что касалось нового жилья, вплоть до денежной компенсации или докупки дополнительного метража. Текущий же проект не предполагает ни выбора, ни диалога – он фактически связывает жильцов по рукам и ногам, грозя принудительным выселением в случае несогласия с предложенным городом вариантом жилья.
Еще одна из наиболее часто звучащих претензий к новой программе, как верно пишет в обзоре темы Forbes, - ее непрозрачность и сумбурность оснований для принятия решений о сносе. «Лужков сносил пятиэтажки по сериям, которые признавались непригодными для жилья… желающих оставаться в них было действительно немного — дома были технически и морально устаревшими». То есть для определения жилья под снос существовали вполне конкретные и понятные жильцам критерии, тогда как в текущем законопроекте снос определяется туманной географией, и в нарисованную правительством «зону реновации» может попасть любой дом.
Бывший мэр Москвы Юрий Лужков рассчитывает, что нынешние власти столицы при реализации программы реновации учтут позитивный опыт, накопленный городом в ходе расселения жителей пятиэтажек так называемых «сносимых серий». «Разработанная нами в конце 1990-х программа (переселения из пятиэтажек), на мой взгляд, заслуживает большего внимания сегодняшних властей. Она сохраняет дееспособность и не утратила здравого зерна. Мне очень хотелось бы, чтобы ее плоды были учтены — убежден, это помогло бы снять напряжение и привело бы к лучшим для москвичей результатам», — подчеркнул Лужков в беседе с корреспондентом ИА REGNUM.
Юрий Лужков слышал шутку о том, что ежегодное перекапывание всей столицы, укладывание плитки и новых бордюров, а теперь и ожидаемый массовый снос домов в городе связан с желанием мэра Сергея Собянина найти закопанный предшественником клад. «Мой клад спрятан по классическому сюжету: в последнем стуле — то есть под последней ветхой пятиэтажкой! И, когда ее снесут, там будет клад ценностью в городской бюджет», — отшучивается Лужков. «Очень бы хотелось, чтобы этот мой клад нашелся, и, как у Ильфа и Петрова, был бы направлен на строительство «дома культуры» — то есть на благо жителей: например на восстановление в должном объеме усохших в ходе инфляции социальных надбавок москвичам».