Бывший Член Совета Безопасности России, ныне заместитель руководителя Федерального агентства по атомной энергии (Росатом) Николай Спасский написал крайне любопытную книгу. В ней под соусом интеллектуального детектива а-ля «Код да Винчи» автор приготовил читателям настоящую сенсацию: он утверждает, что великий русский писатель, столп отечественной литературы, практически «наше все» - половой извращенец-некрофил. Причем косвенно в книге продвигается еще одна идея, от которой и вовсе волосы становятся дыбом - дескать, не будь Николай Васильевич падок на мертвечинку, не стал бы он великим писателем. А ведь автор скандальной книги до 2006 года был заместителем секретаря Совета безопасности России!
МК в Питере: Любил ли Гоголь мертвых панночек?
[…] Вообще тайны биографии Николая Гоголя одно время были любимой темой споров на филфаке. Обсасывать личную жизнь великих всегда интересно. А уж Гоголь оставил потомкам богатый материал для выстраивания всевозможных версий! Писал жуткую мистику - раз. Ни разу не заводил романов с женщинами - два. Сжег второй том «Мертвых душ» - три. Сбежал в Италию в самый разгар своей писательской славы - четыре. Загадочно и скоропостижно умер - пять:
Тут есть над чем поглумиться. Начал эту традицию философ Василий Розанов, который, можно сказать, считал своим долгом опорочить Николая Васильевича с ног до головы. «Гоголь - черт сам!» - в сердцах писал Розанов. Именно он первым и намекнул на нездоровую любовь Гоголя к загробному миру. Впоследствии писательница Тэффи призналась, что на одном из собраний Розанов открыто объявил Гоголя некрофилом. Впрочем, Тэффи любила присочинить.
Потом слухи о некрофилии классика на время утихли. Гораздо больше муссировались предположения о его гомосексуализме. Американский славист Саймон Карлинский посвятил этому целую книгу - «Сексуальный лабиринт Николая Гоголя». Доказательств нетрадиционной ориентации писателя он приводит множество. Например, имя, которым Гоголь назвал повелителя ада, - Вий. Дело в том, что лингвисты никак не могут определиться с этимологией этого слова. Карлинский же предполагает, что Вий - это зашифрованное матерное слово из трех букв с тем же окончанием. Это, дескать, демонстрирует его зачарованность мужским половым органом.
Но Николай Спасский переплюнул всех. Он в подробностях вывел обе теории в одной книге и объяснил ими все превратности биографии Гоголя.
Чикатило отдыхает
«Проклятие Гоголя» начинается с того, что советскому шпиону в Италии по фамилии Гремин предлагают особо важное задание - обнаружить документ, безоговорочно доказывающий, что классик был некрофилом. В том, что новоявленный Джеймс Бонд справится, читатель может не сомневаться. Причем, прежде чем это случится, он практически утопит гениального автора «Мертвых душ» в помоях.
Сообщается, что женщин Николай Васильевич не любил. Причем настолько, что, по всей видимости, ни разу в жизни даже не целовался по-настоящему, о чем свидетельствует (по мнению героев Спасского) эпизод с поцелуем Андрия с панночкой в «Тарасе Бульбе», когда он целует «благовонные уста, прильнувшие к щеке его». Дескать, ни один нормальный мужик так поцелуй взасос не опишет.
Героиня романа Спасского, врач-фрейдист Божана, идет еще дальше - выкладывает результаты своего исследования: «Если в случае с Виельгорским Гоголь только ждал смерти друга, то Языкова он в прямом смысле этих слов готовил себе на стол. Как откармливают поросенка, чтобы зарезать к весне: Он сознательно заманивал тяжелобольного к себе домой, чтобы терпеливо дождаться его смерти и заполучить в полное свое распоряжение его тело». А ведь Языков, как известно любому студенту-филологу, был лучшим другом Гоголя. Чикатило отдыхает!
И, наконец, кульминация вакханалии - тот самый разоблачительный документ, который Николай Спасский приводит в книге полностью. Это свидетельство маркиза Сильвио Альбернони и адвоката Жана Доминико Аннони, знавших Николая Васильевича в Италии, датированное 13 февраля 1843 года. В нем описана безобразная сцена, которую авторы документа застали в местной заброшенной церквушке: якобы они увидели там мертвое тело женщины, возле которого сидел Николай Гоголь. Писателя бил палкой гробовщик, недовольный маленькой платой за вскрытие чужого гроба. Когда маркиз и адвокат вызволили Гоголя из лап мучителя, тот будто бы напрямик и в подробностях поведал им о своей давней страсти к мертвым телам. Причем свое извращение классик, согласно Спасскому, считал данным ему Богом!
Также в документе сообщается, что друзья заставили Гоголя поклясться перед образом Девы Марии, что он забудет свое порочное увлечение. Именно после этого рокового события, как уверяет Николай Спасский, Гоголь потерял писательский талант, поэтому и не смог дописать второй том «Мертвых душ»:
На фига послу Гоголь?
Потрясло нас то, что из четырех филологов-русистов, к которым мы обратились с вполне логичным вопросом «Как все это понимать?», трое наотрез отказались от комментариев. Лишь профессор Игорь Сухих, преподаватель кафедры истории русской литературы филфака СПбГУ, поведал нам, что нетрадиционная ориентация Николая Гоголя - для литературоведов отнюдь не новость:
- Существуют наводящие на подобную мысль воспоминания современников, и даже филологические работы, анализирующие влияние этого факта на творчество Николая Гоголя. Все это открытые источники, которыми пользовался для цитирования и Спасский. В принципе, то же самое мог сделать любой студент-филолог 4-го курса. Другой вопрос - некрофилия. На мой взгляд, это страшная чепуха. То, что тема смерти очень привлекала Гоголя как писателя, - известно. Но чтобы делать из этого далеко идущие выводы о личности Николая Васильевича, нужны веские доказательства. А они, насколько я понял, в книге Спасского подаются как историческая гипотеза.
На последней странице книги Спасский действительно называет свое произведение «исторической гипотезой». Как будто успокаивает: мол, расслабьтесь, я все это придумал.
Можно, конечно, расслабиться. И даже покрутить пальцем у виска. Однако кое-что настораживает. А именно - личность самого Спасского.
Николай Спасский- не кто иной, как нынешний заместитель руководителя Росатома. Ему 56 лет. Он закончил МГИМО и с 1983 года работал в Министерстве иностранных дел. Причем так успешно, что целых семь лет - с 1997 до 2004 года - занимал должность посла России в Италии и Сан-Марино, а в 2004 году Путин назначил его заместителем секретаря Совета безопасности! Иными словами, автор книги «Проклятие Гоголя» - человек, допущенный к большой политике и высшим государственным секретам. А такие люди даже художественных книг не пишут «просто так».[…]
МК в Питере: Любил ли Гоголь мертвых панночек?
[…] Вообще тайны биографии Николая Гоголя одно время были любимой темой споров на филфаке. Обсасывать личную жизнь великих всегда интересно. А уж Гоголь оставил потомкам богатый материал для выстраивания всевозможных версий! Писал жуткую мистику - раз. Ни разу не заводил романов с женщинами - два. Сжег второй том «Мертвых душ» - три. Сбежал в Италию в самый разгар своей писательской славы - четыре. Загадочно и скоропостижно умер - пять:
Тут есть над чем поглумиться. Начал эту традицию философ Василий Розанов, который, можно сказать, считал своим долгом опорочить Николая Васильевича с ног до головы. «Гоголь - черт сам!» - в сердцах писал Розанов. Именно он первым и намекнул на нездоровую любовь Гоголя к загробному миру. Впоследствии писательница Тэффи призналась, что на одном из собраний Розанов открыто объявил Гоголя некрофилом. Впрочем, Тэффи любила присочинить.
Потом слухи о некрофилии классика на время утихли. Гораздо больше муссировались предположения о его гомосексуализме. Американский славист Саймон Карлинский посвятил этому целую книгу - «Сексуальный лабиринт Николая Гоголя». Доказательств нетрадиционной ориентации писателя он приводит множество. Например, имя, которым Гоголь назвал повелителя ада, - Вий. Дело в том, что лингвисты никак не могут определиться с этимологией этого слова. Карлинский же предполагает, что Вий - это зашифрованное матерное слово из трех букв с тем же окончанием. Это, дескать, демонстрирует его зачарованность мужским половым органом.
Но Николай Спасский переплюнул всех. Он в подробностях вывел обе теории в одной книге и объяснил ими все превратности биографии Гоголя.
Чикатило отдыхает
«Проклятие Гоголя» начинается с того, что советскому шпиону в Италии по фамилии Гремин предлагают особо важное задание - обнаружить документ, безоговорочно доказывающий, что классик был некрофилом. В том, что новоявленный Джеймс Бонд справится, читатель может не сомневаться. Причем, прежде чем это случится, он практически утопит гениального автора «Мертвых душ» в помоях.
Сообщается, что женщин Николай Васильевич не любил. Причем настолько, что, по всей видимости, ни разу в жизни даже не целовался по-настоящему, о чем свидетельствует (по мнению героев Спасского) эпизод с поцелуем Андрия с панночкой в «Тарасе Бульбе», когда он целует «благовонные уста, прильнувшие к щеке его». Дескать, ни один нормальный мужик так поцелуй взасос не опишет.
Героиня романа Спасского, врач-фрейдист Божана, идет еще дальше - выкладывает результаты своего исследования: «Если в случае с Виельгорским Гоголь только ждал смерти друга, то Языкова он в прямом смысле этих слов готовил себе на стол. Как откармливают поросенка, чтобы зарезать к весне: Он сознательно заманивал тяжелобольного к себе домой, чтобы терпеливо дождаться его смерти и заполучить в полное свое распоряжение его тело». А ведь Языков, как известно любому студенту-филологу, был лучшим другом Гоголя. Чикатило отдыхает!
И, наконец, кульминация вакханалии - тот самый разоблачительный документ, который Николай Спасский приводит в книге полностью. Это свидетельство маркиза Сильвио Альбернони и адвоката Жана Доминико Аннони, знавших Николая Васильевича в Италии, датированное 13 февраля 1843 года. В нем описана безобразная сцена, которую авторы документа застали в местной заброшенной церквушке: якобы они увидели там мертвое тело женщины, возле которого сидел Николай Гоголь. Писателя бил палкой гробовщик, недовольный маленькой платой за вскрытие чужого гроба. Когда маркиз и адвокат вызволили Гоголя из лап мучителя, тот будто бы напрямик и в подробностях поведал им о своей давней страсти к мертвым телам. Причем свое извращение классик, согласно Спасскому, считал данным ему Богом!
Также в документе сообщается, что друзья заставили Гоголя поклясться перед образом Девы Марии, что он забудет свое порочное увлечение. Именно после этого рокового события, как уверяет Николай Спасский, Гоголь потерял писательский талант, поэтому и не смог дописать второй том «Мертвых душ»:
На фига послу Гоголь?
Потрясло нас то, что из четырех филологов-русистов, к которым мы обратились с вполне логичным вопросом «Как все это понимать?», трое наотрез отказались от комментариев. Лишь профессор Игорь Сухих, преподаватель кафедры истории русской литературы филфака СПбГУ, поведал нам, что нетрадиционная ориентация Николая Гоголя - для литературоведов отнюдь не новость:
- Существуют наводящие на подобную мысль воспоминания современников, и даже филологические работы, анализирующие влияние этого факта на творчество Николая Гоголя. Все это открытые источники, которыми пользовался для цитирования и Спасский. В принципе, то же самое мог сделать любой студент-филолог 4-го курса. Другой вопрос - некрофилия. На мой взгляд, это страшная чепуха. То, что тема смерти очень привлекала Гоголя как писателя, - известно. Но чтобы делать из этого далеко идущие выводы о личности Николая Васильевича, нужны веские доказательства. А они, насколько я понял, в книге Спасского подаются как историческая гипотеза.
На последней странице книги Спасский действительно называет свое произведение «исторической гипотезой». Как будто успокаивает: мол, расслабьтесь, я все это придумал.
Можно, конечно, расслабиться. И даже покрутить пальцем у виска. Однако кое-что настораживает. А именно - личность самого Спасского.
Николай Спасский- не кто иной, как нынешний заместитель руководителя Росатома. Ему 56 лет. Он закончил МГИМО и с 1983 года работал в Министерстве иностранных дел. Причем так успешно, что целых семь лет - с 1997 до 2004 года - занимал должность посла России в Италии и Сан-Марино, а в 2004 году Путин назначил его заместителем секретаря Совета безопасности! Иными словами, автор книги «Проклятие Гоголя» - человек, допущенный к большой политике и высшим государственным секретам. А такие люди даже художественных книг не пишут «просто так».[…]