На этой неделе ведущие российские газеты и информагентства сообщили о крупной милицейской операции в самом центре Москвы. Как оказалось, задержали не криминального авторитета, не банду наркоторговцев, а Александра Кузнецова - бывшего личного видеооператора Бориса Ельцина. Сотрудников милиции мало интересовала сама персона бывшего кремлевского документалиста, из фургона Кузнецова были изъяты около 600 профессиональных видеокассет «Бетакам» с уникальными записями первого российского президента.
Как утверждает Кузнецов, а также его адвокат, отснятый материал был личной собственностью оператора, не содержал государственной тайны и его изъятие милицией незаконно. По словам Кузнецова на самом деле эти кассеты с уникальными записями Бориса Ельцина интересовали сотрудников ФСБ.
Сами сотрудники МВД комментариев по этому поводу не дают, зато вместо них в прессе активно высказывается бывший руководитель протокола первого президента России Владимир Шевченко. Изъятый милицией видеоархив Александра Кузнецова не может принадлежать этому оператору, заявил он публично. Основной аргумент: Кузнецов как сотрудник спецслужб, дававший подписку о неразглашении, должен был сдать весь отснятый материал в архив, даже если снимал на личную видеокамеру.
Кузнецов отрицает свою принадлежность к спецслужбам. По его словам, понятия «личный оператор» в годы президентства Ельцина не было. «На "Эхе Москвы" Шевченко, назвал меня вообще офицером. Я офицером никогда не был, я был гражданским служащим. Должности личного оператора президента в Кремле вообще не было. Личный оператор, официальная должность у него была - государственный советник первого, второго, третьего класса. Вот я был государственным советником официально, а личный киноператор - это уже вольности, так сказать, трактовавшиеся для удобства работы: ты показываешь удостоверение - и тебя видят как личного кинооператора».
Странно, но до этого момента ни ФСБ, ни ФСО на протяжении почти 10 лет не интересовались архивом Кузнецова, несомненно, зная о его существовании и местонахождении. Причина проста, личный оператор Ельцина решил заработать на своих записях и готовился к съемкам документального фильма о малоизвестных эпизодах политической карьеры, и личной жизни Бориса Ельцина. Именно по дороге в монтажную студию пленки и были перехвачены.
Сразу появились версии о том, что на этих кассетах может содержаться какой-то компромат на действующих политиков, крупных бизнесменов и просто влиятельных людей. Ведь Кузнецов снимал не только официальные мероприятия, но и неофициальные встречи, отдых Бориса Ельцина с друзьями и соратниками на протяжении почти 10 лет. Камера Кузенцова была единственной в Белом доме во время путча в 1991 году.
Версия эта представляется нам сомнительной по одной веской причине: долго работавший в Кремле Кузнецов не мог не знать о том, насколько опасно может быть хранить компромат дома на сильных мира сего. Можно быть уверенным практически на 100% что ничего опасного там не было и в помине.
Наибольший интерес в его «коллекции» представляют видеозаписи семьи Ельциных, так называемое "домашнее видео". Именно его и собирался использовать Кузнецов для своего фильма. Скорее всего, это должен быть "сенсационный" фильм о семье Ельциных в духе книги Александра Коржакова от «Рассвета до заката». Только в отличие от книги, у Кузнецова наверняка было припасено красочное видео, по сравнению с ним, кадры, на которых пьяный Ельцин дирижирует оркестром, могут показаться вполне невинными.
Этично ли человеку, которому близкие родственники Ельциных не сделали ничего плохого, а наоборот, безусловно доверяли, обнародовать этот семейный архив – вопрос открытый.
Хотя официальная «Российская газета» в жестких выражениях дает на него однозначный ответ - Кузнецов должен молчать.
Именно семья Бориса Ельцина и в первую очередь его дочь Татьяна Дьяченко были недовольны готовящимся фильмом, так как не ждали от него ничего хорошего для сеяб лично. Причины на это у них были. В опубликованной Кузнецовым три года назад книге «Камера для Президента», он достаточно резко высказывается в адрес любой дочери ЕБН – Татьяны, сравнивая ее с употребляющей кокаин «комиссаршей Зоей» .
Раньше дочь Бориса Николаевича видели на мероприятиях по датам и обязательно с участием всей семьи. Демонические руки Березовского выдернули из нее чеку, и Таня поселилась в Кремле. В президентском окружении ее называли по имени и отчеству — Татьяной Борисовной. Она вошла во вкус и разруливала политическую ситуацию в нужном русле, она могла решением отца уволить любого неугодного человека. Со временем убойная мощь Тани выросла как на дрожжах, и неприметная в начале папиной карьеры младшая дочка теперь могла завалить любого аппаратного зубра. […]
Таня напомнила мне комиссара Зою, в красном платке, кожанке и в раскидистых галифе. Я представил октябрь месяц, холодный Петроград, тусклый, качающийся в разные стороны фонарь и ее кожаный силуэт в окне ГУП ЧК. Одной рукой она прижимала к уху трубку телефонного аппарата, по которому говорила со мной, а другой, с остатками кокаиновой пыли под ногтями, судорожно сжимала огромный флибустьерский маузер.
Скорее всего, архив из 600 «ельцинских кассет мог до сих пор хранится у Кузнецова дома, если бы он не задумал на нем заработать, что вызвало понятное недовольство у родственников первого президента России. В настоящее время точное местонахождение изъятого у Кузнецова архива Бориса Ельцина точно неизвестно. По некоторым данным с нми работают сотрудники Фонда первого президента России. Для исполнительного директора этой организации Александра Дроздова история с изъятием кассет хроники Ельцина стало полной неожиданностью.
Как утверждает Кузнецов, а также его адвокат, отснятый материал был личной собственностью оператора, не содержал государственной тайны и его изъятие милицией незаконно. По словам Кузнецова на самом деле эти кассеты с уникальными записями Бориса Ельцина интересовали сотрудников ФСБ.
Сами сотрудники МВД комментариев по этому поводу не дают, зато вместо них в прессе активно высказывается бывший руководитель протокола первого президента России Владимир Шевченко. Изъятый милицией видеоархив Александра Кузнецова не может принадлежать этому оператору, заявил он публично. Основной аргумент: Кузнецов как сотрудник спецслужб, дававший подписку о неразглашении, должен был сдать весь отснятый материал в архив, даже если снимал на личную видеокамеру.
Кузнецов отрицает свою принадлежность к спецслужбам. По его словам, понятия «личный оператор» в годы президентства Ельцина не было. «На "Эхе Москвы" Шевченко, назвал меня вообще офицером. Я офицером никогда не был, я был гражданским служащим. Должности личного оператора президента в Кремле вообще не было. Личный оператор, официальная должность у него была - государственный советник первого, второго, третьего класса. Вот я был государственным советником официально, а личный киноператор - это уже вольности, так сказать, трактовавшиеся для удобства работы: ты показываешь удостоверение - и тебя видят как личного кинооператора».
Странно, но до этого момента ни ФСБ, ни ФСО на протяжении почти 10 лет не интересовались архивом Кузнецова, несомненно, зная о его существовании и местонахождении. Причина проста, личный оператор Ельцина решил заработать на своих записях и готовился к съемкам документального фильма о малоизвестных эпизодах политической карьеры, и личной жизни Бориса Ельцина. Именно по дороге в монтажную студию пленки и были перехвачены.
Сразу появились версии о том, что на этих кассетах может содержаться какой-то компромат на действующих политиков, крупных бизнесменов и просто влиятельных людей. Ведь Кузнецов снимал не только официальные мероприятия, но и неофициальные встречи, отдых Бориса Ельцина с друзьями и соратниками на протяжении почти 10 лет. Камера Кузенцова была единственной в Белом доме во время путча в 1991 году.
Версия эта представляется нам сомнительной по одной веской причине: долго работавший в Кремле Кузнецов не мог не знать о том, насколько опасно может быть хранить компромат дома на сильных мира сего. Можно быть уверенным практически на 100% что ничего опасного там не было и в помине.
Наибольший интерес в его «коллекции» представляют видеозаписи семьи Ельциных, так называемое "домашнее видео". Именно его и собирался использовать Кузнецов для своего фильма. Скорее всего, это должен быть "сенсационный" фильм о семье Ельциных в духе книги Александра Коржакова от «Рассвета до заката». Только в отличие от книги, у Кузнецова наверняка было припасено красочное видео, по сравнению с ним, кадры, на которых пьяный Ельцин дирижирует оркестром, могут показаться вполне невинными.
Этично ли человеку, которому близкие родственники Ельциных не сделали ничего плохого, а наоборот, безусловно доверяли, обнародовать этот семейный архив – вопрос открытый.
Хотя официальная «Российская газета» в жестких выражениях дает на него однозначный ответ - Кузнецов должен молчать.
Именно семья Бориса Ельцина и в первую очередь его дочь Татьяна Дьяченко были недовольны готовящимся фильмом, так как не ждали от него ничего хорошего для сеяб лично. Причины на это у них были. В опубликованной Кузнецовым три года назад книге «Камера для Президента», он достаточно резко высказывается в адрес любой дочери ЕБН – Татьяны, сравнивая ее с употребляющей кокаин «комиссаршей Зоей» .
Раньше дочь Бориса Николаевича видели на мероприятиях по датам и обязательно с участием всей семьи. Демонические руки Березовского выдернули из нее чеку, и Таня поселилась в Кремле. В президентском окружении ее называли по имени и отчеству — Татьяной Борисовной. Она вошла во вкус и разруливала политическую ситуацию в нужном русле, она могла решением отца уволить любого неугодного человека. Со временем убойная мощь Тани выросла как на дрожжах, и неприметная в начале папиной карьеры младшая дочка теперь могла завалить любого аппаратного зубра. […]
Таня напомнила мне комиссара Зою, в красном платке, кожанке и в раскидистых галифе. Я представил октябрь месяц, холодный Петроград, тусклый, качающийся в разные стороны фонарь и ее кожаный силуэт в окне ГУП ЧК. Одной рукой она прижимала к уху трубку телефонного аппарата, по которому говорила со мной, а другой, с остатками кокаиновой пыли под ногтями, судорожно сжимала огромный флибустьерский маузер.
Скорее всего, архив из 600 «ельцинских кассет мог до сих пор хранится у Кузнецова дома, если бы он не задумал на нем заработать, что вызвало понятное недовольство у родственников первого президента России. В настоящее время точное местонахождение изъятого у Кузнецова архива Бориса Ельцина точно неизвестно. По некоторым данным с нми работают сотрудники Фонда первого президента России. Для исполнительного директора этой организации Александра Дроздова история с изъятием кассет хроники Ельцина стало полной неожиданностью.