Погромы в частных магазинах, которые недавно устроили власти Венесуэлы под предлогом борьбы со спекулянтами, не прошли даром. А последующее введение контролируемых цен почти на все товары в придачу к действующему запрету на свободный обмен валюты привело к бюджетному кризису в стране и сокращению ее золотовалютных резервов на треть за год.
Как предсказуемый результат - рейтинговое агентство S&P в пятницу снизило суверенный рейтинг Венесуэлы на одну ступень — с B до B-, сохранив негативный прогноз по кредитной оценке. S&P ожидает развития бюджетного кризиса в стране и обесценения национальной валюты — боливара.
Новое правительство Венесуэлы наотрез отказывается снять валютный контроль, бывший основой экономического курса Уго Чавеса. Его преемник Николас Мадуро занял президентский пост в апреле прошлого года и не изменил ни бюджетную, ни монетарную политику в стране, обосновав рост инфляции до 54% (в годовом выражении) и падение темпов роста "экономической войной", объявленной оппозицией и поддерживаемой США.
В правительстве ссылаются на то, что "недобросовестные" импортеры, закупая товары по льготному обменному курсу, продают их "как на черном рынке" и пытаются ограничить уровень инфляции валютными интервенциями. Эта политика, в свою очередь, привела к сокращению валютных резервов страны за год на треть, до $20 млрд.
Как предсказуемый результат - рейтинговое агентство S&P в пятницу снизило суверенный рейтинг Венесуэлы на одну ступень — с B до B-, сохранив негативный прогноз по кредитной оценке. S&P ожидает развития бюджетного кризиса в стране и обесценения национальной валюты — боливара.
Новое правительство Венесуэлы наотрез отказывается снять валютный контроль, бывший основой экономического курса Уго Чавеса. Его преемник Николас Мадуро занял президентский пост в апреле прошлого года и не изменил ни бюджетную, ни монетарную политику в стране, обосновав рост инфляции до 54% (в годовом выражении) и падение темпов роста "экономической войной", объявленной оппозицией и поддерживаемой США.
В правительстве ссылаются на то, что "недобросовестные" импортеры, закупая товары по льготному обменному курсу, продают их "как на черном рынке" и пытаются ограничить уровень инфляции валютными интервенциями. Эта политика, в свою очередь, привела к сокращению валютных резервов страны за год на треть, до $20 млрд.