С начала 2017 года в отношениях России и Беларуси наметился очередной политический кризис. Причина его не нова – белорусская экономика сильно зависит от российского рынка, а точнее, от поставок энергоносителей – нефти и газа. Нефтегазовый спор Москвы и Минска начался в начале 2016 года, когда Беларусь заявила о несправедливости цены на газ и в одностороннем порядке стала платить за него по меньшей цене. В свою очередь, Россия заявила о снижении беспошлинных поставок нефти, увязав это с недоплатой за газ и с недопоставками нефтепродуктов в РФ. Осенью 2016 года стороны, объявили о достижении компромисса, но нынешнее обострение объясняется не политикой, а неожиданно морозной погодой.
На фоне холодной зимы 2016-2017 года, Газпром на 20% увеличил продажи газа в Западную Европу, Белоруссия же, также страдающая от морозов, как и жители Евросоюза, не может рассчитывать на увеличение поставок голубого топлива в данных условиях. Во-первых, Газпрому не выгодно увеличивать поставки по льготной цене, а во-вторых, Минск уже почти два года не оплачивает счета за газ полностью, по мнению российского монополиста.
Все далеко непросто и с беспошлинными поставками российской нефти в Беларусь. Этот вопрос отдельный, но РФ тесно увязывает его с оплатой газа, что не устраивает Александра Лукашенко. Значительная часть поставок «Роснефти» в Беларусь – это, по сути, скрытая толлинговая схема по переработке на белорусских НПЗ российской нефти, которая также идет на экспорт в страны Евросоюза. Финансовая сторона этих отношений никогда не отличалась прозрачностью, но безусловно, они выгодны как Роснефти, так и Беларуси. Несмотря на это, президент Белоруссии Александр Лукашенко на пресс-конференции в 3 февраля 2017 года заявил, что страна обойдется без российской нефти, если на другой чаше весов будет независимость. Будет покупать азербайджанскую или иранскую нефть, хотя это и выйдет дороже.
Дополнительную интригу застарелому нефтегазовому спору двух союзных государств придало недавнее введение Минском краткосрочного безвизового въезда в страну для граждан иностранных 80 государств для развитяи туризма и получения дополнительных доходов. В ответ 1 февраля, на официальном портале правовой информации были опубликованы три приказа, подписанные главой ФСБ России Александром Бортниковым, из которых следовало, что на границе с Белоруссией — в Псковской, Смоленской и Брянской областях — создаются пограничные зоны.
В ФСБ РФ подчеркивается, что решение о восстановлении пограничной зоны было принято для создания «необходимых условий охраны» российской государственной границы и проведения мероприятий по «профилактике правонарушений». Но президент Беларуси отреагировал на это довольно резко, обвинив руководство России в нарушении международных договоров.
«Существуют межгосударственные договоры и соглашения, и один какой-то министр, пусть даже сильный, фсбэшник и прочее, одним росчерком пера поставил крест на всех договоренностях, издав свой приказ», — заявил президент Булоруссии. При этом, как передает БЕЛТА, Лукашенко отметил, что Белоруссия в свою очередь не нарушила ни одного договора с Россией.
Пока официальные представители Москвы воздерживается от агрессивной риторики, в отличие от президента Беларуси. Остается надеяться, что очередной политический кризис в отношениях России и Беларуси будет исчерпан после наступления теплой погоды, когда потребность в российском газе в Беларуси, не обладающей в отличие от Украины системой гигантских подземных газохранилищ, станет не такой острой.
На фоне холодной зимы 2016-2017 года, Газпром на 20% увеличил продажи газа в Западную Европу, Белоруссия же, также страдающая от морозов, как и жители Евросоюза, не может рассчитывать на увеличение поставок голубого топлива в данных условиях. Во-первых, Газпрому не выгодно увеличивать поставки по льготной цене, а во-вторых, Минск уже почти два года не оплачивает счета за газ полностью, по мнению российского монополиста.
Все далеко непросто и с беспошлинными поставками российской нефти в Беларусь. Этот вопрос отдельный, но РФ тесно увязывает его с оплатой газа, что не устраивает Александра Лукашенко. Значительная часть поставок «Роснефти» в Беларусь – это, по сути, скрытая толлинговая схема по переработке на белорусских НПЗ российской нефти, которая также идет на экспорт в страны Евросоюза. Финансовая сторона этих отношений никогда не отличалась прозрачностью, но безусловно, они выгодны как Роснефти, так и Беларуси. Несмотря на это, президент Белоруссии Александр Лукашенко на пресс-конференции в 3 февраля 2017 года заявил, что страна обойдется без российской нефти, если на другой чаше весов будет независимость. Будет покупать азербайджанскую или иранскую нефть, хотя это и выйдет дороже.
Дополнительную интригу застарелому нефтегазовому спору двух союзных государств придало недавнее введение Минском краткосрочного безвизового въезда в страну для граждан иностранных 80 государств для развитяи туризма и получения дополнительных доходов. В ответ 1 февраля, на официальном портале правовой информации были опубликованы три приказа, подписанные главой ФСБ России Александром Бортниковым, из которых следовало, что на границе с Белоруссией — в Псковской, Смоленской и Брянской областях — создаются пограничные зоны.
В ФСБ РФ подчеркивается, что решение о восстановлении пограничной зоны было принято для создания «необходимых условий охраны» российской государственной границы и проведения мероприятий по «профилактике правонарушений». Но президент Беларуси отреагировал на это довольно резко, обвинив руководство России в нарушении международных договоров.
«Существуют межгосударственные договоры и соглашения, и один какой-то министр, пусть даже сильный, фсбэшник и прочее, одним росчерком пера поставил крест на всех договоренностях, издав свой приказ», — заявил президент Булоруссии. При этом, как передает БЕЛТА, Лукашенко отметил, что Белоруссия в свою очередь не нарушила ни одного договора с Россией.
Пока официальные представители Москвы воздерживается от агрессивной риторики, в отличие от президента Беларуси. Остается надеяться, что очередной политический кризис в отношениях России и Беларуси будет исчерпан после наступления теплой погоды, когда потребность в российском газе в Беларуси, не обладающей в отличие от Украины системой гигантских подземных газохранилищ, станет не такой острой.