5 апреля, агентство "Интерфакс" сообщило, что среднесуточная добыча нефти с конденсатом в РФ по состоянию на 3 апреля составляла около 1,444 млн тонн. В пересчете на баррели это дает 10,58 млн баррелей в сутки (коэффициент - 7.33). В среднем в марте российские нефтяники добывали 11,01 млн баррелей в сутки.
По мнению Суверова Сергея, инвестиционного стратега УК "Арикапитал", это означает, что отрасль перешла к резкому сокращению добычи. Какой потенциал этого падения, пока оценить сложно. МЭА прогнозировало, что санкции уберут с рынка порядка 3 млн баррелей российской нефти. Значит, примерно на столько же должна сократиться и добыча - до 8 млн б/с. Со стороны отрасли и профильного министерства публичных оценок мы не видели.
Сокращение добычи до 8 млн б/с выглядит как маловероятный сценарий в краткосрочной перспективе. Для понимания, что это значит для отрасли, напомним, что на пике кризиса в июне 2020 года добыча в РФ падала до 9,3 млн б/с.
На этот год лучше ориентироваться на сокращение добычи российской нефти в пределах 1-2 млн б/с. Но если военные действия на Украине будут продолжаться (неизбежное следствие такого сценария - дальнейшее ужесточение санкций), то в прогнозе на 2023/24 годы вполне можно закладывать падение до 8 млн б/с.
Уход 1-2 млн российской нефти в этом году не выглядит серьезной угрозой для рынка. США уже заявили, что готовы до конца года компенсировать 1 млн б/с из стратегических резервов. Наверняка нарастят добычу страны ОПЕК, в первую очередь, Саудовская Аравия. Если же США удастся договориться с Ираном и Венесуэлой, то дополнительное предложение нефти из этих стран легко перекроет снижение поставок из РФ.
Наблюдаемое замедление мировой экономики и проблемы в Китае из-за COVID-19 способны преподнести сюрпризы со стороны спроса. И это упростит введение эмбарго на российскую нефть. Если в отношении российского газа ситуация, действительно, выглядит неоднозначной (быстро уйти от газовой зависимости у ЕС не получится), то в отношении нефти все намного проще. И здесь мы можем увидеть очень существенный провал, который создаст серьезнейшие проблемы в отрасли.
Это будут и проблемы для бюджета. В нефтегазовых доходах бюджета в 2021 году на доходы, связанные с нефтью (НДПИ и экспортная пошлина), приходилось 77,3%. А в 1 квартале 2022 года это было уже 84% всех НГД.
Так же на фоне западных санкций крупные нефтекомпании, испытывающие серьезные проблемы с отгрузками нефти на экспорт, могут столкнуться не только со снижением производства, но и с остановкой НПЗ. Второй по величине российский нефтепереработчик ЛУКОЙЛ ожидает таких последствий из-за нехватки мощностей для хранения мазута.
По мнению Суверова Сергея, инвестиционного стратега УК "Арикапитал", это означает, что отрасль перешла к резкому сокращению добычи. Какой потенциал этого падения, пока оценить сложно. МЭА прогнозировало, что санкции уберут с рынка порядка 3 млн баррелей российской нефти. Значит, примерно на столько же должна сократиться и добыча - до 8 млн б/с. Со стороны отрасли и профильного министерства публичных оценок мы не видели.
Сокращение добычи до 8 млн б/с выглядит как маловероятный сценарий в краткосрочной перспективе. Для понимания, что это значит для отрасли, напомним, что на пике кризиса в июне 2020 года добыча в РФ падала до 9,3 млн б/с.
На этот год лучше ориентироваться на сокращение добычи российской нефти в пределах 1-2 млн б/с. Но если военные действия на Украине будут продолжаться (неизбежное следствие такого сценария - дальнейшее ужесточение санкций), то в прогнозе на 2023/24 годы вполне можно закладывать падение до 8 млн б/с.
Уход 1-2 млн российской нефти в этом году не выглядит серьезной угрозой для рынка. США уже заявили, что готовы до конца года компенсировать 1 млн б/с из стратегических резервов. Наверняка нарастят добычу страны ОПЕК, в первую очередь, Саудовская Аравия. Если же США удастся договориться с Ираном и Венесуэлой, то дополнительное предложение нефти из этих стран легко перекроет снижение поставок из РФ.
Наблюдаемое замедление мировой экономики и проблемы в Китае из-за COVID-19 способны преподнести сюрпризы со стороны спроса. И это упростит введение эмбарго на российскую нефть. Если в отношении российского газа ситуация, действительно, выглядит неоднозначной (быстро уйти от газовой зависимости у ЕС не получится), то в отношении нефти все намного проще. И здесь мы можем увидеть очень существенный провал, который создаст серьезнейшие проблемы в отрасли.
Это будут и проблемы для бюджета. В нефтегазовых доходах бюджета в 2021 году на доходы, связанные с нефтью (НДПИ и экспортная пошлина), приходилось 77,3%. А в 1 квартале 2022 года это было уже 84% всех НГД.
Так же на фоне западных санкций крупные нефтекомпании, испытывающие серьезные проблемы с отгрузками нефти на экспорт, могут столкнуться не только со снижением производства, но и с остановкой НПЗ. Второй по величине российский нефтепереработчик ЛУКОЙЛ ожидает таких последствий из-за нехватки мощностей для хранения мазута.